У каждого человека есть мнение о собственном месте в обществе. Как тысячу лет назад, так и сейчас всем своим поведением мы требуем признания своей значимости. Примеров тому в повседневной жизни миллионы. Мы требуем от всех, начиная от официанта и заканчивая президентом, признать наше достоинство. Где бы человек ни находился, в первую очередь он ревностно следит за тем, чтобы к нему обращались в соответствии с его самооценкой. Платон в «Государстве» пишет, что если с нами общаются соответственно нашей самооценке, мы испытываем гордость. Если несоответственно, — накатывает гнев. Если мы сами не можем соответствовать собственной самооценке, нас посещает стыд. Добавим, что если общество оценивает человека выше, чем он есть на самом деле, и человек это понимает, он ощущает растерянность.

Самооценка — двигатель человека. Честолюбие элиты задаёт направление всему человечеству, и в рамках этого направления возникает энергия, движущая человечество.

Исторически из общества выделялись те, кто мог подтвердить свои претензии на высокий статус. Князья на деле доказывали свои претензии быть первыми, рискуя жизнью. Все видели, что им действительно положено быть первыми. Многие могут говорить правильные слова, но не каждый готов подтвердить сказанное, особенно в смертельно опасной ситуации. Князем был тот, кто мог подтвердить свой статус делами, где на кону стояла жизнь. Кто не мог, того сдувало на обочину.

Жизнь выстраивала общество в пирамиду. Самооценка активизировала соперничество, а успех зависел от талантов. Верхнюю часть пирамиды занимали свободные, способные рисковать жизнью ради нематериальных целей. На самом верху находились люди духа, таланта и воли. Князь, обладающий всеми этими качествами, стоял на вершине пирамиды. Следом шли сильные духом, но не обладающие большими талантами воины. Нижнюю часть пирамиды составляли купцы, крестьяне и ремесленники. Их страшил любой риск, и им ничего не оставалось, как менять свой труд на маленький, но гарантированный результат. Разбойники стояли вне общества. Любопытно, что некоторые мыслители, в частности Фома Аквинский, коммерсантов тоже причисляли к разбойникам. Разницу, что одни для ограбления использовали кистень, другие весы, он находил несущественной. Но это так, к слову.

Уровень пирамиды жёстко соответствовал уровню риска. Как пишет Гегель, рисковавшие жизнью получали власть и статус князя. Если один занёс меч, второй должен или сражаться, рискуя жизнью, или покориться. Кто не был готов рисковать, тот признавал над собой власть князя.

В приведённых примерах опущены сотни нюансов, но мы и не ставим целью детализацию. Наша задача — определить основные моменты. Тогда нам станет понятно, что пирамидальное строение общества есть не искусственный, а естественный процесс, следствие самой человеческой природы. И двигатель этого процесса — честолюбие.  [PR-001]


Итак, человек. Противоречивое, сложное существо, наделённое уникальными способностями и потребностями, телесными и душевными.

Центральное требование тела — инстинкт самосохранения. Человек хочет жить. Это желание основано не на логике и расчёте, оно является неотъемлемым свойством нашей природы. Самая сильная телесная страсть смиряется перед угрозой смерти.

Центральное требование души — самооценка. Каждый человек знает себе цену. Всё остальное крутится вокруг этой цены. Стремление соответствовать тому уровню достоинства, который мы себе определили, подчиняет наши мысли и желания.

Таким образом, человека определяют две доминанты — инстинкт самосохранения и самооценка. Все побудительные мотивы базируются на этих двух данностях, но приоритетной является только одна. У кого-то последнее слово определяет страх перед смертью, у кого-то решающий голос имеет честолюбие. Одни готовы отказаться от жизни ради чести, другие — от чести ради жизни. Логика в ситуации выбора не играет роли. Человек, считающий честь высшей ценностью, оказавшись в пограничных условиях должен или умереть с честью, или определить себе новую цену и продолжать жить, утратив честь. Третьего не дано.

К сказанному можно добавить наличие в человеческой душе духовной ипостаси, через которую происходит реализация человечности. Мать, живущая любовью к своим детям, живёт именно любовью как раз вопреки собственной самооценке и инстинкту самосохранения. Духовность делает народ единым целым организмом, способным к высокому творчеству и созиданию. Уничтожение духовной составляющей превращает человека в умное животное.  [PR-001]


...Потребности разделяются у людей на три основные группы: витальные, социальные и идеальные (или духовные). Удовлетворение витальных потребностей обеспечивает биологическое существование индивида; признание со стороны себе подобных связано с социальными потребностями. Что же касается третьей группы, то именно здесь скрыта причина творчества, поисков истины, добра, красоты, справедливости, всего того, что в совокупности составляет смысл жизни. [...]

Ведя разговор о человеческих потребностях, следует особо подчеркнуть, что человек отличается от животных не витальными и даже не социальными потребностями, а идеальными. Иными словами, в каждом из нас тем больше человеческого, чем сильнее наши поступки определяются стимулами духовного плана. В конечном счёте (потому что на первый взгляд это совсем не очевидно) жажда материального благополучия и сексуальных наслаждений, стремление к власти или к славе – всё это в людях от первобытного стада человекообразных обезьян.

В самом деле, к чему фактически сводятся мечты пресловутого «среднего человека», которого антропологи красноречиво называют «голой обезьяной»? К тому, чтобы как можно реже напрягаться умственно и физически, как можно чаще отдыхать и развлекаться. А в процессе отдыха и развлечений наиболее значимыми являются для него положительные физиологические ощущения, особенно сексуальные и пищевкусовые. Короче говоря, огромная масса людей больше всего на свете жаждет «ловить кайф»! Сладко пить, вкусно есть, сношаться с лицами противоположного пола, нежиться в тёплой водичке, валяться в мягкой постели или на горячем песке…

Что здесь такого, чего нет у животных? Чем подобное поведение – в принципе – отличается от поведения свиньи, которая нажралась до отвала, залезла в корыто с тёплой водой, нагревшейся на солнце, разлеглась там и хрюкает от удовольствия. Почему я об этом говорю? Да потому, что бесполезно призывать к самоограничению, к самодисциплине, к обузданию ненасытной плоти (то есть к нравственности) тех, чей идеал в том, чтобы как можно чаще «хрюкать от удовольствия».

А.Е. Тарас, «Боевая машина: Руководство по самозащите».

---

Обычные сознания-Клетки вибрируют в два такта, по одному для каждого окраса Клеток: чёрные признают только себя, белые признают мир. Чёрные замечают, как использовать недостатки мира, белые стараются этот мир улучшить. Продолжая последовательно эту мысль, ни одна из сторон не замечает недостатки собственные [чёрные], как и собственные достоинства [белые], потому что внимание отдается персоналиям/личностям, либо крайним [лат. «extrema»] проявлениям среды.  [RM-013]


Придется учиться критичности к себе – без самоунижения; остановке Внутреннего Диалога для обнаружения свободных энергий внутри сознания; сочувствию – к себе, к окружающим в равной мере, чтобы понять, что же такое отторжение без низкомерной рефлексии, без жалости к себе. Вот лишь краткий перечень того, что необходимо взять на вооружение сознания из самых близко доступных средств и методов.  [Sv-006]


Есть Поиск [Пробуждения Эфира], а есть метания, имитирующие «поиск». Когда дисциплина растёт, устремление очищается, тогда растёт не эгоцентризм, а Внутреннее Достоинство. Тогда метаний становится гораздо меньше, они начинают управляться волей и постепенно шаги становятся настоящими Поступками.  [RM-008]